Мы призваны подрожать Богу. Брат Евгений.

Дорогое собрание, рад приветствовать сегодня вас здесь, на этом месте. Зовут меня брат Евгений, жену зовут Екатерина, у нас восемь детей. Приехал я с юга Сибири, из Хакасии. 

В ваших краях я первый раз, но очень приятно и радостно, что здесь, на севере, как мы говорим, — для нас это север, хотя и мы вроде как тоже не на юге живём, а в Сибири, — но очень радостно, что здесь есть народ Божий, есть те люди, которые прославляют Бога.

Мне желание поделиться словом, и прежде чем прочитаем текст из Библии, я бы задал такой вопрос, наверное, риторический, не обязательно на него отвечать.

Вот если бы спросить сестёр, которые замужем: назовите три или четыре вещи, которые любит ваш муж, допустим, любимое блюдо мужа, цвет, не знаю, что там ещё. Мужей спросить: что любит ваша жена? Вы с ходу можете ответить? У молодёжи можно спросить, у детей: что любят ваши родители или твой брат, твоя сестра?

Братья, сёстры у нас есть небесный Отец. Это прекрасный Господь наш. Мы знаем, какой Он великий Бог, могущественный, какой Он любящий Бог. Он добрый Господь наш. Он наш Отец. Но вот у меня вопрос возник: у нас с Богом, с этим Богом, великим Богом, Который сотворил небо и землю, у нас с Ним близкие отношения. Он наш Отец. Я задался вопросом: а что любит наш Отец? Как вы думаете, Библия даёт нам ответ на этот вопрос? Да. Я нашёл в Библии несколько текстов. Их, кстати, немного. Немного текстов, которые говорят о том, что любит Бог. И я, когда начал размышлять на эту тему, вот, а что любит Бог, то трудно было вспомнить, и я воспользовался справочником: симфонией (симфония — указатель библейских текстов) и поисковиком. Что любит Бог. Ну и несколько вещей хотел отметить, или то, что отмечает Священное Писание, что любит Бог.

Первое, на что я хотел обратить внимание, — хотя как бы тут нет особенной последовательности в этих любимых вещах нашего Бога, но с чего мне хочется начать? Бог любит миловать. Вот так говорит пророк Неемия (Неемия — ветхозаветный пророк и руководитель восстановления Иерусалима). Когда он рассуждал о Боге, и мы прочитаем этот текст: книга Неемии 9:17. В середине этого стиха такие слова, на которые мне хотелось обратить внимание. Неемия говорит так: «Но Ты, Бог, любящий прощать, благ и милосерд, долготерпелив и многомилостив». Здесь отмечено: Ты любишь прощать, Ты Бог, любящий прощать.

Ещё один текст, похожий по мысли, там Бог любит миловать: книга пророка Михея 7:18. Это последняя глава этой книги. 18 стих. «Кто Бог, как Ты, прощающий беззаконие и не вменяющий преступления остатку наследия Твоего? Не вечно гневается Он, потому что любит миловать». Бог любит миловать, Бог любит прощать.

Друзья, для нас это настолько приятно слышать должно быть, что Бог любит прощать. Для некоторых людей Бог — это какой-то страшный Бог. Они всегда стараются задобрить Его чем-то: какими-то подаяниями, какими-то добрыми делами. Но у язычников такое представление.

Я много слышал о том, что у коренных народы Севера религия — это язычество. Там, где мы живём, среди хакасского народа, Абакан — это, кстати, столица Хакасии. И соседняя республика, соседний регион — это Тува. Столица Тувы — это Кызыл, и мы там совершаем служение в Хакасии и в Туве. И много приходится по служению, когда мы благовествуем среди тувинского народа, среди хакасского народа, мы встречаемся с таким явлением, когда люди поклоняются разным богам, язычники они по своей религии. И их бога надо обязательно постоянно чем-то задабривать, какие-то приношения приносить. Пошёл на охоту — значит, нужно что-то сделать. Я не очень вникал в эти обряды, но у них такое представление. Постоянно Бога нужно чем-то задабривать. Бог страшный, и чтобы он не прогневался, чтобы не поразил, чтобы своё благоволение к тебе оказал, его нужно постоянно чем-то задабривать.

Братья и сёстры, наш Бог не такой. Он любит миловать, Он любит прощать. Его не нужно чем-то задабривать. К Нему нужно просто прийти. Можно просто прийти без каких-либо приношений, просто обратиться к Богу. Очень простой доступ к Нему, простой вход к нашему Богу.

Иисус Христос пришёл на землю для того, чтобы отдать Себя в жертву и открыть свободный вход в небо, в Царствие Небесное. Бог любит миловать, Бог любит прощать, когда к Нему люди обращаются.

И когда Иисус Христос жил на земле, к Нему много людей приходило, и Он говорил так: «Прощаются тебе грехи твои». Хотя не могу вспомнить того человека, о котором Евангелие говорит, что пришёл именно к Христу с таким желанием конкретно и просил: «Господи, прости мои грехи». Есть один человек такой!

Иисус говорит, что он пришёл в храм и, не смея поднять глаз к небу, говорил: «Будь милостив ко мне». И Господь Иисус отметил, что тот пошёл оправданным. Ничего не нужно было приносить с собой, какие-то большие дары, совершать какие-то обряды — он просто обратился к Богу и получил прощение. Бог любит прощать. Это должно нас радовать. И не только тех, которые, может быть, первый раз к Богу обращаются и ещё не очень хорошо знают, но это радует также и тех, кто уже следует за Богом.

Мы знаем, что мы люди несовершенные, и все мы много согрешаем. И эта мысль от того, что Бог любит прощать, Бог любит миловать, она нам даёт покой. Мы свободно можем прийти к нашему Богу, к нашему Отцу и попросить, сказать: «Господи, я виноват, прости, Отец, прости меня». И Бог прощает, Бог любит прощать.

Но знать только то, что Бог прощает, — это ещё не всё. Ведь Он как Отец, а мы как дети Его, Он нас любит, нас учит, чтобы мы тоже прощали. Чтобы мы… есть такое слово в Новом Завете, что мы как дети Его должны подражать Отцу. «Подражайте Богу, как чада возлюбленные».

Бог наш, как Отец и нас тоже учит прощать и читая Евангелие, мы должны это знать.

Однажды, когда у Иисуса зашел разговор на эту тему, у Петра возник вопрос: «Господи, а до скольки раз прощать брата моего согрешающего? Не до семи ли раз?» И Иисус объяснил Петру. А в общем-то не только Петру, но и нам сегодня это слово тоже так же звучит. Там Иисус на примере на одном объяснил эту истину, что нужно прощать ближнему.

Притча о 10 тысячах талантов, наверное, для всех известна, даже для детей. Дети, слышали вы такую историю? Как один человек должен был очень большую сумму, 10 тысяч талантов. Я не хотел бы именно на этой притче много останавливаться. Но там вывод Иисус такой делает, что так и Отец ваш поступит с вами, если вы не будете прощать. А речь шла о том, что господин наказал неверного раба за то, что он не простил своему другу.

Бог любит прощать. Бог нам очень много простил, но мы с вами тоже должны прощать ближнему, брату, сестре, другу, ближнему нашему. Тоже нужно научиться прощать. Это бывает нелегко, но это приятно для нашего Отца, для нашего Господа. Бог любит прощать и Бог любит миловать.

Ещё один момент, и Библия ешо отмечает - Бог любит. Бог любит чистое сердце. Это слово записано в первой книге Паралипоменон 29:17 «Знаю, Боже мой, что Ты испытываешь сердца и любишь чистосердечие. И от чистого сердца моего я пожертвовал всё это. И ныне вижу, что народ Твой, здесь находящийся, с радостью жертвует Тебе».

Итак, вот эти слова мне хотелось отметить: Ты, Боже, испытываешь сердца и любишь чистосердечие.

Безусловно, быть с чистым сердцем сами по себе мы не можем. Это может сделать только Бог. Вывод такой можно сделать с первой нашей мысли: что Бог любит миловать, Бог любит прощать, и когда мы получили прощение то получаем и чистое сердце. Сердце свободное от пороков, от грехов.

Но чистосердечие здесь — это не только состояние сердца, а это ещё и намерение, с которым мы делаем что-либо. Здесь мысль в прочитанном стихе видим: чистосердечие. Люди приносили жертвы Богу, пожертвования, и народ это делал с радостью, от чистого сердца.

Так бывает, мы, когда что-то сделали приятное ближнему или просто знакомому человеку, другу, и в ответ можем услышать такое: «Спасибо, а что я должен за это?» — «Да нет, ничего. Я просто от чистого сердца сделал». То есть это было намерение. И Бог любит чистосердечие, когда от чистого сердца человек что-либо делает для Него, выполняя какое-то служение.

Писание говорит нам так, что Бог не требует служения рук человеческих, как бы имеющих в чём-либо нужду. Он суверенный в Своём существовании, в Своём бытие. Он настолько великий, сотворивший всё Он не нуждается в чём-либо. Но когда люди просто от чистого сердца хотят послужить Богу, из собственного желания, не принуждённо, Бог это любит, Ему это приятно.

Именно в этом у нас бывает иногда проблема. Мы можем делать то или другое, просто по обязанности, по привычке.

Вот иногда люди, как у нас принято говорить, неверующие,  воспринимают служение Богу как обряд. То, другое, третье нужно  сделать, всё выполнять. И для людей это кажется большим бременем каким-то. Но Богу приятно, когда мы делаем это не по обязанности, а от чистого сердца. Это наше желание, в этом проявляется усердие: я от чистого сердца хочу послужить Богу. И Бог это любит — чистосердечие.

Параллельная мысль об этом, записана в Новом Завете, и выражена так: «Доброохотно дающего любит Бог».  Там идёт речь о пожертвовании, о служении Богу. И доброохотно дающего, тот, кто от чистого сердца служит Богу, — Бог это любит. Ему это приятно.

Есть примеры в Евангелии, когда люди приходили и служили Господу Иисусу Христу.

Бедная вдова, которая пожертвовала всего две лепты. Это очень малая сумма, но Господу это понравилось. Она от чистого сердца это сделала, она принесла всё, что имела. И Господь это отметил. Очень приятно было Богу.

Мария, которая пришла и помазала ноги Господа разбив алавастровый сосуд с миром (Марка 14:3). А ученики это так оценили, что можно было продать более чем за 300 динариев это миро. А это примерно… годовая зарплата. Ну, по нынешнему времени, потому как один динарий — это была дневная зарплата работника, простого работника. И Господь это отметил. Там не всем понравилось то, что сделала Мария, но Иисус это отметил и говорит: вот везде, где будет проповедано Евангелие, во всём мире будет сказано в память о том, что она сделала. Ему это очень понравилось. От чистого сердца она это сделала. Не из каких-то корыстных целей, не по какому-то обряду, а по зову сердца. И Господу это понравилось.

Можно привести ещё некоторые примеры. Но вот то, что нравится нашему Господу, то, что Он любит, должно быть и для нас приятно. Мы охотно делаем то, что нам нравится. Но мы также легко, можно сказать, можем делать то, что нравится нашему ближнему. Жене нашей или для кого там, для мужа, для детей нам нравится делать. Мы любим это делать, то, что нравится детям, стараемся. Братья и сёстры, но мы с вами должны научиться делать то, что любит наш Господь, то, что Ему нравится.

Ещё раз повторю эти тексты, которых немного, но они говорят о том, что любит наш Господь. Он любит миловать, и нас этому учит. Он любит чистосердечие, и от нас тоже ожидает, что мы будем Ему служить от чистого сердца. Пусть Бог благословит нас в этом. Аминь.

from Проповеди МСЦ ЕХБ в текстовом формате https://ift.tt/APfQZrp
via IFTTT

Свидетельство узницы. Сестра Л. Я. Гомон

Друзья, я очень-очень благодарна Богу, что Бог нашёл меня в этом мире, полюбил и взял в удел Себе.

Я благодарю Бога за моих родителей, которые научили меня любить Его, ценить и дорожить. Научили и привили любовь к братству.

Я помню Степана Григорьевича Германюка. Он часто любил говорить: «Вы — дети Братства». Да, мы дети Божьи, но мне в этом году тоже исполнилось 60 лет, и я родилась ещё у… Тоже папа был служителем, и благодарю за то, что в такой семье, в таком Братстве я родилась и воспитывалась.

Бог меня призвал на служение, и я верю: это огромная, величайшая милость, потому что, может, многие хотели служить Богу каждым тем даром, который получили.

Мне пришлось немножко потрудиться в издательстве. И когда мы работали в Молдавии, был последний тираж, и нас там арестовали. Это бригада была Андрея Баринского. Мы печатали тогда Евангелие на молдавском языке. Когда нас арестовали, сначала привезли в спецприёмник. Никто не знал, ни сёстры, ни Андрей, никто не договаривался. И мы каждая сама себе решили быть в посте трое суток. Нам привозят, дают кушать. Мы говорим… я говорю, что не буду кушать. И они говорят: «Так вы все договорились, когда вы успели договориться?» И было приятно, что, не договариваясь, мы первые трое суток были в посте. И я, конечно, понимаю, когда церковь узнала о нашем аресте, многие постились и молились, и было правильным начать своё тюремное странствование с молитвы и поста, — и благодаря этому нас Бог сохранил.

Нас судили, дали всем по три года, а мне два с половиной, я самая младшая была. Но таких особых каких-то трудностей и пыток я не испытывала. Наверное, потому что всё-таки церковь молилась. И как мы слышали из свидетельства, что это не 1937 год, а 1980-е годы. Мне было 24 года, когда меня арестовали.

У меня следователь был, по его фамилии Филатов. В четверг нас арестовали. Когда меня привезли на следствие, он говорит: «Вы знаете, по регламенту мы должны и заключённых, и всех называть на „вы“. Вы знаете, с кем вы дело имеете?» Я говорю: не знаю. И потом вопрос такой мне: «А ты — дитя Божье?» Я говорю: да, дитя Божье. «Ты — ученица Христа?» Я молчу. «Ты что, не ученица?» «Да, — говорю, — ученица, слава Богу». Он говорит: «Так, вы арестованы 17 октября, это у нас был день четверг. Иисуса Христа тоже взяли в четверг, сходится. Так, перед кем стоял Иисус на допросе?» Я молчу. Он говорит: «Ты что, не знаешь, сколько Библию читаешь, 24 года, и ты не знаешь, перед кем Христос стоял?» Я молчу. Он говорит: «Ну, я тебе подскажу. Он перед Пилатом стоял, а я Филатов. И ты истинная ученица Христа. Христос стоял перед Пилатом, а ты перед Филатовым. Не бойся, мы не будем распинать тебя, как Христа. Ты до этого ещё не доросла».

Ну и слава Богу, нас семь месяцев держали под следствием, было пять сестёр и один брат, и всех держали по разным камерам. И посадили через одну, потому что, когда привезли в Кишинёв, с одной стороны была Аннушка Янушевская, а с другой стороны — Наташа Шевченко. И мы с ними разговаривали, как будто бы рядом, так приспосабливались, как будто бы рядом стояли. А потом нас переместили.

Хочу сказать, что в камеру меня поселили, где были повторники (повторно осуждённые, или рецидивисты). И очень часто обыск у нас делали. А нам, друзья, умудрялись передавать маленький свёрточек Евангелия — по главе, или Евангелия, или послания. И они таким способом передавали. Мы не знали, но как-то… Мы эти главы изучали на память. Однажды заходит очередная проверка. Конечно, меня забрали, сказали в карцер посадим, но меня не посадили за это. А потом вызвали на следствие. И следователь говорит: «Ну что, будем вести дело? Мне с вами очень трудно работать. Я уже устал разговаривать, в молчанку играть, ты играешь со мной в молчанку».

Даёт мне лист А4, с одной и с другой стороны, написано 62 или 64 вопроса. Говорит: «Вот ручка, листик, и ты пишешь ответы на все вопросы, вот такой будет допрос, письменный». Я говорю: «Я отвечать не буду». Он говорит: «Нет, ты будешь писать». Я говорю: «Нет, не буду».

Когда меня в кабинет завели — нас возили в Кишинёв, в КГБ, потому что занимался нами Верховный суд, — следователь говорит: «Ты не имеешь права отсюда ни шагу пройти по кабинету, запомни раз и навсегда, сколько будет следствия». Я сижу, ничего не пишу, а это было 25 декабря. И такой большой, крупный сыплется снег. Через окно видно: горка, 5-этажка стоит, и там дети на санках спускаются. А он говорит: «Ты давай пиши». А я смотрю в окно. Он: «О чём ты думаешь?» Я говорю: я не скажу. Ну, в общем, несколько раз так пытал он меня. И в очередной раз, когда я смотрела в окно, а они пытаются как-то так, чтобы ты на него смотрела, чтобы в глаза. И говорит: «О чём ты думаешь?» Я говорю: «Я не скажу». «Нет, ты скажешь». Говорю: «Нет, я не скажу». Он отодвигает, что там писал. Говорит: «Я тебе приказываю, вот рассказывай». Говорю: «Нет, вы не можете приказать, я не буду говорить». А потом он говорит: «Я жене дома рассказал, что у нас малолетка сидит, хоть и 24 года, но ты малолетка. Ей жалко тебя, и она просила не издеваться над тобой».

Я думаю, это он мне специально говорит, чтобы на разговор вывести.

Потом вопрос: «Ну так всё-таки, скажи, о чём ты думаешь».

И я говорю: «Вы знаете, я вот думаю за деток».

«Если ты сейчас расскажешь, вот мы тебя освобождаем и понимаем хорошо, что Крючков и Хорев тебя окрутили („втянули“, „завербовали“) и Винс, в общем эти трое — что- Хорев, Крючков и Винс, — для них это везде были самые большие враги. Говорит: „Они вас, таких глупых девчонок, окрутили, вы на них работаете, они там на Америку работают, на Запад, вы вот… ну… на вас так выезжают“». Потом помолчал немного и затем предложил: «Скоро поезд, ты уедешь в два часа дня, в три часа дня с Кишинёва поезд, мы тебя отправим». Я говорю: «Нет, я не поеду. И это будет нечестно, если Зина, Лена, Андрей, Наташа там сидят, а я их предам, кто меня потом за человека будет считать? Да это ж вам самим не нравится». Он: «Да нет, мы никому ничего не скажем, мы…».

Потом он всё опять спрашивать принялся о чём я думаю. И вот я ему рассказала, говорю: «Знаете, о чём я думаю? Я вот вспомнила сказку...».

А перед этим говорил мне: «Я тебе буду Библию давать читать». И показывает на Библии наши, которые забрали. Говорит: «А так скажу всем, что ты отказалась Библию читать. Какая я же христианка ты, что Библию не читаешь?» Я ответила: «Если я путём предательства буду читать Библию, мне грош цена».

И вот про сказку я ему говорю: «Знаете, я была во втором классе и нам учительница рассказывала сказку: пошли два друга в лес. Один был хромой, а второй шустренький. Идут, разговаривают, разговаривают и видят: медведь идёт. И тот, который был шустренький, быстро влез на дерево. А тот, который хромал, упал как мёртвый лицом к земле. И мёртвым притворился. И медведь подходит, а этот сверху на него смотрит. Тот полизал ухо хромому другу, что на земле, переступил через него и пошёл. И когда уже далековато ушёл, второй друг слезает с дерева и говорит: „Слушай, а что тебе медведь сказал на ухо?“ А тот говорит: „С такими товарищами в лес не ходи“».

Выслушал следователь меня и пристально посмотрев, скомандовал: «Иващенко, подойдите сюда!». Я говорю: «Нет!». «Я сказал: подойдите сюда!». Я говорю: «Нет!». «Я вам приказываю!». Я говорю: «Гражданин начальник, вы мне сказали, когда я ещё только зашла, вы сказали, что я отсюда ни шагу ни влево, ни вправо не имею права, а сейчас говорите подойти к вам». Я так и не встала с места. Он берёт Библию, подходит: «Люба! На, читай!».

И с того самого момента, в течение 6 месяцев каждую неделю, приезжали за мной в 9 утра и до шести вечера я сидела в кабинете и Библию читала. Они надеялись что я все расскажу со временем.

Наше дело вели три следователя: один троих, и другой троих, а третий у них главный, — и вот тот приходит и спрашивает у моего следователья: «Игорь Степанович, а что это такое? Где отчёт, где допрос?» А тот отвечает: «Это малявка, ничего не хочет рассказывать». А он говорит: «Ты вообще ненормальный?. Дал ей Библию — читай, подкрепляйся. Да как ж она тебе расскажет? Надо было не давать».

И так, слава Богу, хорошо было.

До суда мы с сестрами разделены были, а после суда нас соединили, и до выхода мы всё время были вместе. И очень хорошо нам было. Конечно, трудности, испытания, нас не били, но были некоторые издевательства над нами, но рук на нас никто не поднимал.

from Проповеди МСЦ ЕХБ в текстовом формате https://ift.tt/EkC0S3N
via IFTTT