В нашей Церкви несколько лет назад принял крещение один молодой человек. Сейчас он уже семейный. А до крещения своего он отслужил в армии, в десантных войсках. И я как-то его спросил: «Ты с парашютом прыгал?» — «Да, прыгал не один раз». И я говорю: «Вот скажи откровенно свои чувства. Когда ты прыгнул и на парашюте летел, у тебя какое было чувство? Побольше попарить в небе, задержаться или поскорей земли коснуться?» Он не задумывается, говорит: «Скорее на землю. Хотелось твердую опору почувствовать». Вот так ответил человек, который на парашютах прыгал.
Молодёжь, вы ещё готовы попарИть немножко в небе или уже хочется прямо за обеденный стол приземлиться? Наберитесь терпения. К тому, что сказал Николай Степанович, я ещё один выход хочу предложить. Он записан во второй главе послания к Евреям: «Поэтому мы должны быть особенно внимательны к слышанному». Если такой настрой будет, то думаю, что дождь сильно не помешает.
У меня на сердце прочитать два места из Библии, оба места из Книги Псалтирь. Оба места — это слова Давида, и оба места сказаны в отношении Бога. Прочитаю, послушайте внимательно. Первое место — 58-й псалом, 17-й стих, вторая часть: «Ибо Ты был мне защитой и убежищем в день бедствия моего». Второе место — 60-й псалом, 4-й стих: «Ибо Ты прибежище моё». Ещё раз повторю два слова. Давид в отношении Бога говорит: «Ты был мне убежищем в день бедствия моего». А второе место: «Ибо Ты прибежище моё». Вот моя проповедь будет на эту тему. Убежище и прибежище.
Я слышал как-то одну проповедь, где была выражена яркая мысль. Приехал домой, я немного углубился в эти тексты, посмотрел и вникнул. Есть ли в этих словах важное отличие? Нашёл, что есть. Исследовал эти слова в еврейском значении. Я вам их поясню. Убежище — это слово означает временное укрытие, чаще всего природного происхождения. Например, скала, грот, лес, вершины горы. Укрытие природного происхождения, временное. Там человек не планирует жить долго или постоянно. А прибежище имеет прямой конкретный перевод с таким значением: это жилище и обитель. Здесь это слово понимается уже совсем по-другому. Нечто постоянное. Вот такая разница. Хотя на первый взгляд кажется, что здесь одинаковый смысл. Но разница есть.
Дело в том, что мы в своей жизни очень много сможем встретить убежищ. Где-то мы их ищем. Вот простой пример. Вышли мы в город с какой-то целью, зонтик не взяли, и вдруг пошёл дождь, как сегодня. Люди первым делом сразу ищут укрытие. Может быть, это остановочный объект — остановка или магазин. Люди туда спрятались. Для чего они спрятались? Им нужно переждать ненастье. Они бы сюда не пришли. То есть убежище чаще всего служит тому, что человек гоним нуждой, каким-то притеснением, он вынужден спасаться от чего-то и идёт в это убежище. Побыв в этом убежище, люди могут даже познакомиться между собой. Но кончился дождь, люди пообщались, они расходятся и больше контакта между собой не ищут. Они друг другу не нужны. Они побыли во временном убежище. Почему? Их туда загнал дождь, загнала нужда. И человек ищет часто такое убежище. Оно временное.
Вот пример из израильского народа. Книга Судей, шестая глава. Так начинается: «Тяжела была рука Мадианитян над Израилем, и сыны Израилевы сделали себе убежища в горах и пещеры и укрепления». Пока их притесняли, они там жили. Временное. Почему? Они спасались от Мадианитян. Вот убежище имеет такую смысловую нагрузку. И мы часто тоже этим убежищем пользуемся и ищем это убежище. Но я подчёркиваю: оно временное, непостоянное.
Но есть прибежище. Я встретил в Священном Писании, специально задался целью, есть ли какая-то характеристика прибежища. Есть. Три места я нашёл. Прочитаю их. Псалом 70, 3 стих: «Будь мне твердым прибежищем». Прибежище твёрдое. Это говорит о надёжности, непоколебимости. Твёрдое прибежище. Очень положительная характеристика.
Как-то один папа своим трём сыновьям маленьким, возраст был где-то 6–8 или 10 лет, они дома находились, и он им задал такое задание. Поставил их и говорит: «Дети, я вам сейчас скажу задание, а вы мне ответьте. Представьте себе, вы вышли на улицу погулять, и вдруг на вас бежит большая собака». Спрашивает младшего: «Скажи, что ты будешь делать, что предпримешь?» Старшего спрашивает. Старший говорит: «Я возьму палку и начну махать, защищаться. Собака испугается и убежит». Но не все собаки убегают от палок, бывает, палка не поможет. Помладше сынок говорит: «Я подниму камень, как брошу в собаку, она хвост подожмёт и убежит». Тоже ещё попасть в неё надо, и не все собаки от камней убегают. Тогда он младшего спросил: «А ты, сыночек, что предпримешь, если на тебя бежит собака?» А он говорит: «Папа, я заберусь тебе на руки, за шею охвачусь крепко, а ты сам разбирайся с этой собакой». Надёжное прибежище. Для нас всех первым прибежищем в жизни есть мама, родители. Это надёжное прибежище. Люди туда прибегают. Чем прибежище отличается от убежища? Тем, что не нуждой гоним человек, а по расположению сердца, с желанием, с удовольствием он идёт. Почему? Его там поймут, выслушают, помогут. Но я скажу: даже родители — они тоже временным прибежищем являются, твёрдым хотя бывает, но временным. Потому что приходит момент, когда Библия говорит: «Оставит человек отца и мать и прилепится к жене своей, и будут двое одна плоть». Такой процесс жизненного устройства. Твёрдое прибежище — положительная характеристика.
Прочитаю ещё об одной характеристике. Моисей пишет: 89-й псалом, 2 стих: «Прибежище в род и род». Это говорит о долговременности. Если дальше смотреть — то вечность. Если ещё дальше — вечные обители. Это туда, куда мы придём. Прибежище — твёрдое, второе — вечное, долговременное. И Притчи 14 глава, 26 стих: «Сынам своим он прибежище». Оказывается, прибежище не для всех. Написано «сынам своим». Это уже вопрос к нам: а кто я? Мы-то себе можем дать статус: член церкви, труженик, приближённый? Или как сегодня молодёжь любит — ДВР и прочее. «Сынам своим» — тот, кто пережил усыновление, тот, чьё имя записано на небесах. «Сынам своим ты прибежище». Вот такая прекрасная характеристика даётся прибежищу. Оно для нас желанное.
Убежище... Ещё хотел сказать: вот в жизни израильского народа можно встретить такой факт, что в Иудее были города-убежища, их так называли. Для кого эти города служили? Если человек нечаянно, неумышленно убьёт другого человека, он мог спасаться в эти города-убежища. Он там жить постоянно не собирался, но чтобы избежать мести, Бог усмотрел для них эти города-убежища. Когда умирали те кто искали души такого человека, то он мог вернуться в свой дом, в своё селение. Конечно, сроки у всех разные были, но меня знаете что удивило? Я сейчас цифру не запомнил, но очень много этих городов убежищ было. Это говорит о том, что часто иудеи убивали. И в Библии им даётся характеристика: жестоковыйные, упорные, мятежный народ. Вот такие они были по натуре. Убийств было очень много, и много этих городов убежищ Бог усмотрел. Но эти убежища — временные, не для постоянного места жительства. Поэтому для нас сегодня эта тема тоже имеет смысл.
Я в молодости работал в одном крупном тресте. Я работал в управлении, но это был большой крупный трест. Наше предприятие в числе многих управлений занималось тем, чтобы обеспечивать города целого региона питьевой водой. Я работал в одном из таких управлений. Чем отличались наши управления? В них работала круглосуточная лаборатория. Каждые 30 минут брали анализ воды — вдруг какая-то бактерия попадёт и будет заражён сразу весь город. Постоянно брали, контролировали, при необходимости вводились нужные реагенты, чтобы обеззараживать воду. Ещё какая особенность была: все объекты водоснабжения охранялись милицией — водозаборные сооружения, очистные сооружения, насосные станции. Мы ездили на ремонтные работы, оборудование ремонтировали, всегда милиция была, их тоже проверяли. Этим отличались работы наших управлений. Но ещё была одна особенность. Во всех наших управлениях было предусмотрено бомбоубежище. И там, где я работал, тоже было бомбоубежище. Иногда нас туда по селекторной связи призывали: «Оставьте работу, спуститесь в бомбоубежище» — и там какое-то мероприятие проводили. Такая особенность была.
И вот я вспоминаю, один раз такое объявление сделали, чтобы все работники прекратили работу и спустились в это бомбоубежище. Мы спустились туда. Бомбоубежища были сделаны так, что могли автономно существовать: можно было без электричества крутить рукоятки — будет вырабатываться электроэнергия, вентиляция будет, запас кое-чего там был, чтобы спасти штат управления в случае начала войны или природного катаклизма. И вот мы спустились, нас посадили за парты, и инженер по технике безопасности говорит: «Сегодня я пригласила майора, военного человека, он прочитает лекцию по гражданской обороне». И он прочитал нам лекцию, рассказал, что делать в случае опасности и как себя вести. Всё рассказал в этом бомбоубежище. А потом в конце: «У кого какие вопросы?» Кто-то что-то спросил. И мне запомнился вопрос одного молодого работяги. Он задаёт такой вопрос: «Вы сказали, что если начнётся война, ракета или бомба упадёт на металлургический завод или ещё куда-то, и надо вот такие действия предпринимать. Скажите мне: а если эта ракета упадёт сюда, где мы сидим? Не где-то там в центре города, а где мы сидим?» И знаете, этот лектор, военный человек, улыбнулся и сказал: «Здесь будет воронка 90 метров». Мы все поулыбались, все поняли: ненадёжное человеческое убежище, хоть оно и называется бомбоубежище.
Давид, обращаясь к Богу, говорит: «Ты был мне убежищем». Он говорит это в отношении Бога. Есть в нашей жизни убежище Божье, а есть убежище не Божье. Эти убежища сегодня широко рекламируют бесплатно и чаще за деньги. И люди туда идут. Для чего? Гонимы нуждой, чтобы решить свою проблему. Есть финансовые убежища. Ты пришёл, взял кредит, а не разглядел — там мелким шрифтом такое написано, что ты полжизни будешь рассчитываться, ещё квартиру оставишь. Ты положился, что это надёжное убежище, что оно тебе выручит, поможет.
Другие ищут убежища под названием «здоровье» и готовы обращаться к оккультным источникам, только не болеть. Человек не хочет болеть, потому что любая болезнь приносит страдания. «Кожу за кожу, а за жизнь человек отдаст всё». И отдают, и деньги большие отдают. Такие убежища.
Есть убежища, связанные с образованием. Сегодня есть очень распространённое убежище, очень опасное, бесплатно-платное, под названием интернет. Иногда человек сам туда убегает, укрыться от повседневных забот. Я знаю случаи неоднократно, когда родители своих детей сажают, сами включают мультфильмы и говорят: «Чем больше они будут бегать по улицам, озорничать, лучше пусть дома сидят». В их голове такая мысль срабатывает: «Приведу в это убежище, сохраню его от улицы, от влияния улицы». Но какой результат будет после нахождения в этом убежище?
Я раньше в молодости коллекционировал интересные вырезки из журналов и газет. Вот какая-нибудь необычная история произойдёт — я вырезаю и себе складываю. Это занимало много лет. У меня эти вырезки по сей день лежат, им уже 30–40 лет. Сейчас уже давно этим не занимаюсь. Но там иногда встречались очень интересные примеры.
Расскажу об одной истории, которая тоже была мной вырезана в одном журнале. Это было в бывшей стране СССР. В одной сельской местности, на краю села, жила семья. Неверующая семья, молодая, несколько детей в ней было. И вот пятилетняя девочка вышла погулять. Дети любят гулять, играть. Мама была занята работой, а потом что-то слышит — нигде дочки не видно, не слышно. Этой девочке было пять лет. Там так описывалась заметка. Она пошла её искать, звать, кричать по имени — нигде не находит. Побежала по соседям, может, на соседский двор пошла. Никто нигде не видел, не знает. Первая мысль взрослого человека: лес рядом, к селу подходил лес. Первая мысль: наверное, ушла в лес. Она в лес бежит, «ау» кричит по имени — может, отзовётся, услышит. Тишина. Нет нигде. Ещё что-то предприняла, но безрезультатно. Пошла к соседям, сказала, селяне совет дали. Подключили милицию, начали прочёсывать лес, искать. Подключили вертолёты. Это было, в начале лета. Потом подключили опытных охотников. В лесу дикие звери водились, и думают: если даже звери растерзали эту девочку, найдут обувь или остатки платья, одежды какие-то. Прочёсывали лес — бесполезно. Никаких следов, девочка исчезла. Какое-то время ищут, а потом поиски закругляют, потому что результатов нет. Так в этом случае получилось. Конечно, для матери это большое горе. Поиски прекратились, жизнь пошла своим чередом. И вот когда осенью открыли охотничий сезон (есть такое официальное открытие сезона, когда можно отстреливать животных), один охотник шёл какой-то тропой по лесу и выходит на небольшую полянку. И на этой поляне он обнаружил волчье логово. Логово волчьей семьи. Я слышал, что стаями больше волки зимой охотятся, летом пропитание легче бывает, они семьёй живут, волчат выводят. И там был, в земле как бы грот сделан, логово волчье. Я давал характеристику, что убежище — это укрытие природного происхождения. И вот он вышел на это волчье логово. Там не описывалось, что он с этими волками сделал, может, они разбежались, но он увидел там эту девочку, ребёнка. Оказалось, она живая, и почти три месяца, она прожила в этой волчьей семье, в логове. Он сразу вспомнил, что в начале лета была пропажа. Он так обрадовался, но радость его быстро улетучилась. Он только к ней приблизился — эта девочка на четвереньки и рычит, не подпускает. Он ещё попробовал какие-то действия — бесполезно, в контакт с ней войти невозможно. Но он мужской силой её подмышку подхватил и в село принёс родителям. Родители тоже очень обрадовались. Этот случай был освещён, все знали. И у них радость пропала. Они ничего не смогли с ней сделать. Она рычит, она на четвереньках. Они ей кушать дают — она ложку не берёт, она стоит на четвереньках и лакает как животное языком. Они помучились с ней и решили сдать её. И вот в заметке написано, что с тех пор прошло 40 лет. Значит, на момент написания заметки этой девочке-женщине уже было 45 лет. За эти 40 лет полноценный человеческий контакт с ней как с личностью вступить не смогли. Она за этот период смогла выучить только несколько слов, запомнить, ну и ещё какие-то навыки человеческого общения присвоить. Всё. За ней вели наблюдение, больше с ней лучшего сделать не смогли. Врачи сделали такое заключение: эта девочка за этот короткий срок — два с половиной или три месяца — получила такое моральное и психическое повреждение, что оно восстановлению не подлежало, побыв в общении со зверями. Это сказка про Маугли — там всё хорошо показано, а здесь вот такой печальный итог. Я этот пример вспомнил, когда уже сам стал верующим, потом спустя много времени. Думаю, что нечто подобное бывает в жизни христиан. Наши дети проходят все школы воскресной школы, все классы, бывают на многих общениях, на разных собраниях, в христианских детских лагерях. И потом вдруг этот ребенок — то ли по своей инициативе, то ли по инициативе родителей или каких-то «опекунов» — попадает в такое убежище, чтобы решить свою проблему (подчёркиваю: проблему здоровья, финансов, или ещё какую-то ускоренно решить). И получает, побыв даже небольшой период времени, такое повреждение, что потом не исправишь всю жизнь. Духовно не исправишь. Молодёжь думает: для нас это серьёзное предупреждение, потому что эти убежища сегодня красиво разрекламированы.
В крупных городах иногда задают вопросы на молодёжных общениях: «Можно ли ходить в фитнес-клуб? Можно ли ходить в такой-то клуб?» Сегодня много развлекательных убежищ. «Можно ли пойти туда? Можно ли сюда?» А вопрос по-другому: нужно ли? И что за этим стоит? Какая цель тобой движет? Эти места под контролем Божьим находятся или они под контролем мира? Какой дух там присутствует? Эти вопросы должны стоять, когда мы ищем убежище. Давид о Боге мог сказать: «Ты был мне убежищем». Если Бог — убежище, да, туда надо бежать, туда надо спасаться. Но вот эти убежища несут очень большую опасность.
Хочу привести пример из Священного Писания об одном праведнике. Он назван в Библии - это Лот. Когда его ангелы вывели из среды истребления, поставили в поле, сказали: «Спасай душу свою». В чём заключалось спасение души его и семьи? Не повернуться назад. То есть Бог со Своей стороны сделал, что мог. Теперь спасение — это компетенция самого человека. Спасать душу свою. Как спасать? Не оборачивайся назад. Туда, где ты прилепился, туда, где ты жил, с кем ты общался, — не оборачивайся. А если там родные дети — не оборачивайся. У тебя уже Бог вывел. Мы знаем, что жена не спаслась, превратилась в соляной столп. И вот, чтобы решить свою проблему ускоренным путём, Лот говорит: «Можно я побегу в Сигор? Сигор, да? Сигор. Основание говорит: “Ближе, мне ближе”». Вот иногда мотивировка такая: ближе, проще, удобнее. И мы это ставим в критерии, в основание своего выбора убежища. Ближе. Бог снисходительный. Он говорит: «В угоду тебе не уничтожу эти города», хотя в планах Божьих было уничтожить. В угоду тебе и не уничтожил. Он там побыл, а потом пошёл в пещеру жить — другое убежище нашёл. И вот обратите внимание: если праведный человек, праведник пред Богом, в своей жизни говорит Богу, Отцу Небесному, Вождю нашего спасения: «Нет, Владыка», — это очень опасно. Это катастрофично может быть. Сказать Богу «нет». Лот, как ты мог такое сказать? «Нет, Владыка». Какой результат этого поступка? После убежища на свет появляются два народа — аммонитяне и моавитяне. Это результат посещения вот этого не Божьего убежища. Этот результат и в наше время, современное, можем понаблюдать: посетили подобное убежище — и потом на свет появляются духовные моавитяне и аммонитяне, которые будут противиться и в Церкви, и Богу. Это их почерк.
В Новом Завете читаем такой призыв, который относится к спасению по благодати. Апостол Пётр в проповеди в Деяниях Апостолов делает такой призыв: «Спасайтесь от рода сего развращённого». Любой здравомыслящий, слыша такой призыв, обязательно задаст два вопроса: «Куда спасаться?» и «Как спасаться?» Если мы слышим сигнал «Пожар, спасайтесь!», мы ориентируемся, куда от пожара бежать. Если наводнение (я в своей жизни дважды своими глазами видел наводнение, страшное явление; в вашем регионе тоже было, вы с этим знакомы) и кричат «Потоп, спасайтесь!», мы тоже ориентируемся, куда спасаться. Но когда такой призыв: «Спасайтесь от рода сего развращённого» — куда и как спасаться? Вот тут стоит вопрос: где это убежище спасительное, надёжное, крепкое, долговременное, или прибежище, где и как спасаться от рода всего развращённого, когда он нас окружает? Вот тут как раз нужно тесное общение со Христом, нужен личный Спаситель, нужно водительство Божье, чтобы не попасть в эти временные опасные убежища, где можно потерпеть духовное банкротство. Бог когда-то Аврааму сказал: «Я твой щит». Этот щит не пробьёт никакая стрела. В таком щите сегодня нуждается христианская молодёжь. Только уберёте щит... Я обратил внимание на такую деталь. Когда Голиаф вышел на борьбу с Давидом, при внимательном чтении можно обнаружить, что у Голиафа щит был за спиной. Он настолько был уверен, что победит этого юношу. Щит был за спиной, но щит служит не за спиной — его нужно спереди держать. Поэтому, имея щит, его ещё нужно держать. Иногда кажется: «С Богом я, Бог меня проведёт, Бог меня не оставит». Это могут быть только слова. Убежищ сегодня много, опасных, и надо держаться Господа, познавать волю Божью и понимать, куда и как спасаться.
Очень много сегодня опасностей, которые мы можем встречать в окружающем нас мире. Я ещё хотел коснуться одной проблемы. Она, может быть, христианство не так захватила, хотя я уже встречал такие исповедания, но мирскую молодёжь сильно охватила. Знаете, какая проблема? Воздействие на молодёжь, на детей культуры тату. Сегодня повальное увлечение татуировками. Я не придавал бы этому значения, больше относил бы к глупости, развлечениям или почерку моды. До тех пор, пока мне не попалась одна статья, которую написали неверующие люди, светские. Те, которые делают татуировки (за немалые деньги) и вторые, которые выводят эти татуировки (тоже за немалые деньги). Они проводят своё исследование и пишут о серьёзных опасностях и о мотивации, почему молодёжь делает тату. Конечно, кто-то ради развлечения, ради моды или чтобы подчеркнуть свою внешнюю индивидуальность. Когда внутренней красоты не хватает, человек внешне старается выделиться. Но он вырисовывает опасность. Во-первых, корни происхождения татуировок такие, что в этих знаках всегда прославлялся грех. Мотивации у молодёжи: они хотят перемен в жизни и считают, что, сделав какую-то надпись или знак (татуировки сегодня цветные, есть такие, которые трудно вывести, есть такие, которые выводятся), — детей приучают какие-то конфетки, фантики прилепить и рисунок неделю продержится. То есть это входит в жизнь людей, в культуру. Это уже не почерк тех, кто прошёл через тюрьмы и лагеря, это увлечение молодёжи. Я очень молоденьких встречал. И эти татуировки делают на видных местах: на шее цифра 13 или ещё что-то на руках. И они пишут: оказывается, эти знаки меняют жизнь людей. То есть здесь дело может соприкасаться с духами. И это повальное увлечение опасно. Я это считаю тоже современным убежищем, не Божьим. И люди идут туда с какой целью? Чтобы что-то в их жизни поменялось. Чаще хотят перемен позитивных: успеха в бизнесе, в деньгах, в устройстве личной жизни. И люди идут.
Читал свидетельства об одном человеке, он уверовал в колонии, несколько сроков сидел. Когда он покаялся в колонии, принял крещение (не помню, где он принял), когда освободился, стал посещать христианские церкви баптистского направления. Там, где он жил, вокруг него несколько было церквей. Он в ту ходил, в эту, но чаще ходил в церковь, которая ближе была к его месту жительства. Он туда ходит, вникает в Библию, слушает, о чём читают, смотрит за жизнью верующих. Он ещё не до конца путь Божий понял, хочет разобраться. И вот он свидетельствует: однажды на собрании (он старался ближе к кафедре садиться) смотрю — впереди меня села одна молодая девица. В брюках села и сидит, слушает. И потом по какой-то причине нагнулась. Когда она нагнулась, у неё оголилась часть спины. И он на спине увидел татуировку, цветную, красивую. После этого он уже не слушал проповедь. Он сидел и думал: «Сейчас кончится собрание, я этой девице засвидетельствую, кто такой Бог, какой Он милостивый, как Он прощает, как меня простил, помиловал, освободил от грехов, и её призову, чтобы она тоже обратилась к Богу и изменила жизнь». Он сидит и вот такой обдумывает план, как он сейчас её проевангелизирует. Но когда кончилось собрание, он подошёл к ней, завёл разговор, и оказалось, что это жена пастора. Больше в эту церковь он не пришёл.
Из того материала, о котором я вам рассказываю (исследования неверующих людей), я один только пример расскажу, хотя несколько примеров прочитал с печальными последствиями. Он запечатлелся со мной и, думаю, актуален и уместен будет для нашего общения. Вот этому человеку, который зарабатывает деньги на выведении татуировок (это, в общем-то, операция считается), позвонили родители и со слезами в трубку стали просить: «Приезжайте в такую-то больницу. Наш пятнадцатилетний сын лежит в реанимации, надо срочно вывести татуировку». Он говорит: «Что за поспешность? В реанимации — кто меня пропустит?» — «Мы договорились, вы приезжайте только». Он говорит: «Я не могу, тем более он в больнице». — «Мы заплатим вам любые деньги, приезжайте, мы вас очень просим». Он говорит: «Вижу, случай неординарный» — и поехал. Всё с собой необходимое взял. Действительно, в реанимацию не пускают. Его пропустили. Сам реаниматолог, врач стоит, медсёстры стоят, родители стоят, и лежит без сознания этот юноша. Весь травмированный, перебинтованный. Он обратился к матери: «Расскажите, что произошло». Она говорит: «Мы до этого момента не могли понять, что происходит с нашим сыном. Он на месяц съездил за границу на отдых. Я детали не помню — или в какую-то семью, не знаю, куда съездил. В общем, мы ему профинансировали путевку. Месяц отдохнул за границей. 15-летний юноша. До этого он был хороший, воспитанный, послушный, учился хорошо. Но как только он вернулся оттуда, мы не поймём, что с ним произошло. За этот небольшой период — несколько месяцев прошло — он два раза побывал в полиции, его поставили на учёт, он заработал венерическую болезнь, он ещё там то-то, то-то натворил. И последнее: он у отца без разрешения взял новую машину, сел на неё, разогнался, не справился с управлением, врезался в столб. Его спасла подушка безопасности, но получил многочисленные переломы, и вот так без сознания его привезли». В больницах же раздевают человека полностью. Когда его раздели, у него на плече татуировка в виде нескольких слов на английском языке. Мать говорит: «Я никогда у него не видела, когда он её успел сделать, у него никогда не было татуировки. Но её заинтересовало, что это за слова». Пригласили того, кто умеет читать по-английски. Татуировка такая была: «Живи быстро, умри молодым». И знаете, у этой матери, которая, в общем-то, неверующая, глаза открылись. Она говорит: «Вот она причина. “Живи быстро, умри молодым”». И она говорит: «Я вас очень прошу». Он говорит: «Я не могу делать эту операцию, он без сознания». Но они говорят: «Уберите хотя бы слово “умри”, и будет тогда “живи быстро молодым”. Хоть вот это слово уберите». И вот этот человек, специалист в этой области, описывает, что дальше было. Этот случай был на удивление врачу-реаниматологу и медсёстрам. Он был подсоединён трубочками, приборами, под наблюдением. И он говорит: «Как только я со своими инструментами приближался к его плечу, его плечо отходило. Человек без сознания — это не может быть. Такое ощущение, сам дьявол не давал прикоснуться к этой татуировке, убирал его плечо». Врач тоже смотрит, не может такого быть. По приборам подскакивает давление, подскакивает пульс. Человек без сознания. Но всё-таки он сделал — убрал это слово. Как только убрал слово, всё, давление стало в норму, пульс стал в норму. Потом он поинтересовался: быстро юноша пошёл на поправку, выздоровел.
Но эта семья неверующая, не обращённая. У них свои цели жизни, свои принципы. Но я хочу обратить внимание: вот эти убежища открыты сегодня, они увлекают, туда молодёжь идёт толпами. Кто-то ради интереса, кого-то увлекли. Человек, не понимая, может обращаться и думать, что там что-то хорошее будет, решит свои проблемы.
Молодёжь наша называется христианской, мы песни такие поём, поэтому надо вопросы наши, трудности решать по-христиански и решать всё Христом, а не в этих убежищах. Давид говорит: «Ты был мне убежищем», но Давид говорит: «Ты был мне и прибежищем». Это лучше, это преимущественнее, это выгоднее. Качество этого прибежища — постоянство. Поэтому я хочу сказать такую особенность. Вот здесь мы сидим, и, наверное, Бог не для всех является прибежищем, для кого-то — убежищем. Даже этот шатёр: дождь кого-то загнал сюда. Убежище — это когда мы спасаемся от чего-то: от дождя зашли, вынужденно. Не будь этой нужды, может быть, мы бы не обратились, решали свои вопросы. Но лучше, чтобы Бог был прибежищем, то есть постоянно, стабильно находиться в Его руках, жить в Его окружении, ощущать Его присутствие. Это смотрится гораздо преимущественнее.
У меня за всю проповедь один вопрос будет к вам. Чуть-чуть подумайте и, кто смелый, ответьте. Вопрос такой: скажите, а Церковь Иисуса Христа на земле — это убежище или прибежище? Пожалуйста, кто желает, можете сказать. Слышу: «убежище». Ещё мнения есть другие? Выбор небольшой, всего два варианта. Второй слышу ответ: «прибежище». Мнения могут разъединиться. Я приведу несколько примеров, которые чётко поставят точку и дадут объяснение и ясность. Я специально это задаю, чтобы вам в жизни было легче определиться: куда я иду, с кем я иду, что меня ждёт, какие последствия будут.
У нас в Церковь пришла однажды одна женщина. Пришла с такой необычной нуждой и говорит: «У меня единственный сын, я его очень люблю, но он стал наркоманом. Спасите его, помогите. У него семья молодая, на грани развода, с работы его выгнали, он сейчас всё тащит из дома». (Кто наркоманы — вот такая у них жизнь. Этот греховный плен толкает человека на такое поведение.) Я говорю: «Вы верите в Бога?» Она говорит: «Да, верю. В православный храм много ходила». Я говорю: «Почему вы к православному священнику не обратились, а к нам пришли? Если вы туда ходили, обратитесь». — «Я к нему обращался. Он сказал: “Я ничем помочь тебе не могу. Иди к баптистам”». И она пришла. Но она правильно понимала. Она не говорит: «Вы помогите, вы освободите». Она обратилась так: «Помолитесь, чтобы Бог его освободил. Чтобы Бог его остановил». Вот она с такой нуждой. Я говорю: «Хорошо. Но прежде чем молиться за сына, вам же за себя надо помолиться. Ваше какое состояние? Проблему сына хотите решить, а ваше состояние?» Мы с ней побеседовали, она не сопротивлялась, всё принимает. «Надо помолиться?» — «Помолюсь». «Грешница?» — «Конечно, я грешница». «Но каяться надо». — «Я готова каяться». Помолились мы. Она стала ходить в собрание. Смотрю, с христианами общается, на собрание ходит регулярно, молится, поёт. Вижу, ей нравится, часто подходит. Я говорю: «Как дела с сыном?» — «Вот сейчас так: помолимся ещё раз, ещё помолимся. Лучше, говорит, уже с сыном». Вот такие свидетельства. И приходит момент, это было уже весной. Она подходит, глаза горят радостно, говорит: «Всё, мой сын свободен от этого греха. Семья восстановилась, он сейчас устраивается на работу». Она такая рада, она понимает: это Бог помог, Бог ответил на молитву. Она в Церкви заявляла, сёстрам ещё говорила. Её нужда была известна, и молились. И я по её отношению к Церкви, жизни, состоянию видел, что, наверное, она заявит на крещение. И вот она дала это свидетельство о сыне. Наступило лето — она в собрание перестала ходить. При встрече я вижу, ей где-то неудобно даже. Вроде проблема решилась и она в собрание перестала ходить. Бог ответил на её молитвы. Вот скажите: для этой женщины Церковь была убежищем или прибежищем? Сейчас вы одинаково отвечаете и правильно. Значит, Церковь для нас всех точно так же, как и Бог для Давида, была и убежищем, и прибежищем. Церковь тоже сама является и убежищем, и прибежищем — в зависимости от того, как мы относимся, как мы настроены, с каким сердцем идём. Для кого-то Церковь всего лишь убежище. Но я даже скажу: и слава Богу так. Есть человек, придёт в Церковь решить проблему, нужду, но, конечно, решить правильно. Не так как один дедушка-вдовец остался, бабушку похоронил, пришёл в собрание, ему так понравилось, он посмотрел на верующих бабушек — все ему понравились. Он подходит к пресвитеру и говорит: «Найдите мне бабушку-жену из вашей среды». Пресвитер посмотрел: «Они такие добрые, хорошие, простые». И говорит: «Знаешь что? Ты сначала войди в нашу среду, а потом мы тебе своих подыщем». — «О, понял, понял». Больше не стал претендовать. Есть люди, которые в Церковь идут решить свою нужду, гонимы нуждой. Кто-то за родственника помолиться. Вот сейчас было 1 сентября, благословение детей в школу, и в нашей Церкви пришли много детей. Пришли и те, которые, я знаю, придут только через год опять на это же служение. Для них Церковь — убежище. Они хотят получить благословение на учёбу, спасать душу свою. Они не собираются оставаться. Но приходят, нуждаются. И мы молимся. Кто-то приходит даже материальный вопрос решить, кто-то ещё какие-то вопросы. И мы не выгоним. Они идут, воспринимают так. Но лучше, когда Церковь — прибежище.
Вот ещё такой факт из истории, буду подходить к заключению. В трудах записано у Владимира Филимоновича Марцинковского. Он был любимец студенческой молодёжи, яркий проповедник, в своё время участвовал в диспутах с атеистами, даже с Луночарским (это был нарком (народный комиссар) просвещение). И он входил в комиссию. Был период, когда юноши от военной службы освобождались по признаку того, что человек верующий. Но просто так не освободишься. Создавались комиссии. Зная, что он имел вес в обществе, его имя было известно, Марцинковского пригласили в эту комиссию. Приходил юноша, ему задавали разные вопросы. Для какой цели? Чтобы кто-то не подделался под верующего, не схитрил и не сбежал от армии. Потом этот закон отменили, но был такой момент. И Марцинковского входил в эту комиссию. Беседовали и говорили: «Да, верующий, ты можешь быть свободен». И вот исторический факт: в этот момент церкви стали быстро расти молодыми людьми. А за юношами потянулись девушки. И церкви стали пополняться девчатами, ребятами. Вроде бы, видимо, пробуждение идёт. Но потом этот закон отменили, убрали. Воинская обязанность — всем обязательно. И юноши стали уходить из церкви (или меньше их стало), а за ними и девчата стали уходить. То есть потянулись в убежище. Для чего? Решить свой жизненный вопрос. Может быть, не на 100%, но косвенно это подтолкнуло людей. Поэтому, мы сегодня здесь находимся и ходим на богослужение в поместной церкви, зададим себе вопрос: прежде всего Бог, и второе — Церковь, чем для меня является? Убежищем или прибежищем? Если ты давно ходишь в Церковь и не покаялся, до каких пор ты будешь принимать Церковь как убежище? Когда тебе трудно, когда тебе тяжело? Иногда подают записку «устроиться на работу». Молимся! Устраивать человека на работу — это убежище всё. Человек гоним нуждой. А когда ты будешь вопрос личности решать? Когда здесь будет твоя прописка? Это вопрос сегодня вам. Год проходит, второй — не теряйте дни напрасно. Какие убежища ты успел побывать? Может быть, там уже такое повреждение, что надо исповедовать, надо побеседовать, чтобы легче тебе было войти в церковь как в прибежище — надёжное, долговременное. Церковь, непорочная, без порока, будет взята Богом на Небо для встречи и там будет царствовать.
Заканчивая первую часть нашего служения мы помолимся сейчас. Особенность Церкви в том, что Церковь, как и христианская молодёжь, не только должна быть поющая, музыкальная, благовествующая, жертвенная. Я знаю не понаслышке, говорю о вашем Кавказе и Краснодарском крае, но молодёжь должна быть молящаяся. И в начале нашего служения о молитве много было сказано, спето, и призыв очень хороший. Поэтому, находясь в Церкви как в прибежище, нам есть что сказать Богу, возвысить голос — за себя или за ближнего. И мне хотелось призвать, чтобы мы сейчас помолились нашему Господу, чтобы Он нас благословил, благословил и это общение, благословил вашу жизнь, жизнь в молодом возрасте, чтобы Бог сохранил от этих мирских убежищ, которые могут нанести непоправимый вред. Чтобы мы держались. Библия говорит: «Держи, что имеешь». Держались вот этого образца доброго, образца здравого учения, держались жизни вечной. Чтобы церковь для меня была стабильным, желанным местом, куда не родители меня загоняют или посылают, не руководители молодёжи, а моя душа сюда стремится. Я не сомневаюсь, что большинство сегодня приехавших, даже учитывая ваши погодные условия на данный момент, всё равно приехали по собственному желанию.
И да благословит всех вас Господь. Мы сейчас помолимся, имея тот призыв, который мы вначале общения слушали, чтобы Господь услышал голос молящихся, помог свыше, послал помощь и благословил всех нас. Аминь. Будем молиться.
from Проповеди МСЦ ЕХБ в текстовом формате https://ift.tt/OgRFSlh
via IFTTT